Уполномоченный по защите прав
предпринимателей в Иркутской области

8 (3952) 48-85-35, 48-85-34

irkutsk@ombudsmanbiz.ru

Программа научно-практического круглого стола

16

Апреля

Программа научно-практического круглого стола

 

 

«Проблемы применения новых договорных конструкций, закрепленных в Гражданском кодексе Российской Федерации (абонентские, рамочные договоры и договоры опционного типа)»

 

20 апреля 2018 г., 14:00 - 18:00, зал заседания Ученого совета БГУ (г. Иркутск, ул. Ленина, 11, корпус 2, аудитория 301)

 

I. Договоры с исполнением по требованию (абонентские договоры)

Спикеры:

Андреев Владимир Викторович,Генеральный директор Юридической компании

«РациоЛегис» (ООО)

Косыгин Александр Сергеевич, Управляющий партнер Юридической компании «Байкал Лигал», арбитражный управляющий, руководитель регионального представительства САО СРО «Дело» по республике Бурятия

Карелина Дарья Валерьевна, старший юрист, Юридическая компания «РациоЛегис» (ООО)

ПРОБЛЕМАТИКА:

1.Признаки абонентского договора.

 Судебная практика свидетельствует о двух противоположных тенденциях:

- признание абонентскими договоров, которые таковыми в действительности не являются;

- не применение положений ст. 429.4 ГК РФ к соглашениям, которые соответствуют признакам абонентских договоров.

В связи с этим требует разрешения вопрос о квалифицирующих признаках абонентского договора и о том, какие содержащиеся в договоре формулировки договора свидетельствуют о наличии таких признаков?

2. Проблема внесения платежей за периоды действия абонентского договора, в которые исполнение не производилось в связи с отсутствием заявок абонента.

2.1. До появления в ГК РФ специального регулирования абонентских договоров требования о взыскании исполнителем с абонента платежей за периоды, в которые исполнение за отсутствием заявок абонента не производилось, рассматривались судами по-разному. В одних случаях следовал отказ в иске на том основании, чтополучение исполнителем платежей за такие периоды привело бы к неосновательному обогащению последнего. В других – производилось взыскание со ссылкой на наличие предусмотренной договором обязанности абонента производить оплату в пользу исполнителя вне зависимости от факта обращения за исполнением, поскольку такие условия договора не нарушают требований законодательства и соответствует принципу свободы договора.

Отсутствие единообразия в подходах предопределяет необходимость установить тенденции судебной практики по указанному вопросу после закрепления в ГК РФ конструкции договора с исполнением по требованию.

2.2. Закрепленная пунктом 2 ст. 429.4 ГК РФ норма о наличии у абонента обязанности вносить платежи независимо от того, было ли им затребовано исполнение, носит диспозитивный характер. На практике возникают споры о толковании условий договора, определяющих порядок внесения абонентских платежей, когда абоненты утверждают, что соглашением сторон предусмотрено внесение платы лишь в случае востребования исполнения, а исполнители – что условия договора не предполагают отступление от диспозитивных предписаний п. 2 ст. 429.4 ГК РФ.

Наличие подобных споров порождает вопрос о том, каким образом должны формулироваться условия о порядке внесения абонентской платы, чтобы их содержание не допускало двоякого толкования?

3. Мнимость и притворность абонентских договоров. Превенция недобросовестного поведения при рассмотрении требований о взыскании абонентской платы.

3.1. Абонентские договоры с условием об обязанности абонента вносить абонентскую плату независимо от того, было ли им затребовано соответствующее исполнение, могут использоваться недобросовестными участниками гражданского оборота как способ создания искусственной задолженности несостоятельного должника и как способ прикрытия факта выведения активов должника в преддверии банкротства, а также в качестве механизма завышения расходов юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при определении налоговой базы по налогу на прибыль.

В связи с этим особую актуальность приобретает вопрос о критериях, позволяющих определить реальность абонентских договоров и добросовестность сторон при взыскании абонентской платы.

3.2. В силу специфики дел о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судами независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и кредитором. При этом к процессу доказывания предъявляются более высокие требования, чем при рассмотрении дел в общем исковом порядке.

Не ведет ли данное обстоятельство к формированию различной практики по взысканию абонентских платежей за периоды, в которые абонент не требовал исполнения, в делах о банкротстве должника-абонента и при рассмотрении дел в общем исковом порядке?

Как добросовестному исполнителю избежать отказа суда во взыскании абонентских платежей за периоды, в которые абонент не требовал исполнения, если такое требование будет заявлено в деле о банкротстве должника?

II. Контракты опционного типа (опциона на заключение договора и опционный договор)

Спикеры:

Печкин Дмитрий Александрович, адвокат, Юридическая мастерская Братьев Печкиных

Пахаруков Александр Анатольевич, кандидат юридических наук, доцент, заведующий кафедрой гражданского права и процесса Иркутского института (филиала) «ВГУЮ (РПА Минюста России)»

ПРОБЛЕМАТИКА:

1. Разграничение опциона на заключение договора и опционного договора.

В действующей редакции ГК РФ к договорам опционного типа относятся два вида договоров: опцион на заключение договора (ст. 429.2 ГК РФ) и опционный договор (ст. 429.3 ГК РФ). Несмотря на различия в реализации опционного механизма, названные договорные конструкции близки друг другу.

В связи с их взаимозаменяемостью возникает вопрос о том, может ли ошибка в правовой квалификации вида использованной опционной конструкции влечь негативные последствия для участников договора опционного типа?

Если да, то существуют ли формулировки условий договора, способные эффективно выполнять функцию маркера для определения того, какая из двух опционных конструкций подразумевалась сторонами при заключении конкретного договора? 

2. Вопрос о возможности одностороннего отказа от договора опционного типа.

Закрепление в ГК РФ двух договоров опционного типа привело к поставке вопроса о том, существует ли дифференциация правового регулирования этих договоров в части их прекращения. Одним из наиболее актуальных становится вопрос о возможности включения в опционный договор и в опцион на заключение договора условия о праве обязанной стороны в одностороннем порядке отказаться от договора в соответствии с общими правилами ст. 310 и 450.1 ГК РФ. 

3. Понятие опционной оговорки, включаемой в обычный договор.

Пунктом 6 статьи 429.2 ГК РФ предусмотрена возможность включения опциона на заключение договора в другое соглашение (опционная оговорка). Означает ли это правило возможность исполнения части предусмотренных таким соглашением обязанностей в обычном порядке, а части – в опциональном (по волеизъявлению управомоченной стороны)? Если да, то как обособить такое соглашение от договора с обусловленным исполнением (ст. 327.1 ГК РФ)?

4. Особенности использования опционных конструкций при оформлении отношений по возмездному отчуждению доли участия в обществе с ограниченной ответственностью.

В соответствии с пунктами 4, 6 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества обладают преимущественным правом покупки доли, отказ от реализации которого должен быть выражен в письменной форме. Приведенные требования порождают вопрос о том, в какой момент отчуждателю необходимо получить отказ других участников общества от реализации преимущественного права покупки, если сделка по отчуждению доли совершается с использованием опционной конструкции:

- в момент заключения договора опционного типа;

- в момент акцепта безотзывной оферты (применительно к опциону на заключения договора) либо предъявления приобретателем требования об исполнении (применительно к опционному договору);

- как в момент заключения договора, так и в момент акцепта (предъявления требования об исполнении)?

            Аналогичный вопрос возникает при необходимости получения согласия супруга на совершение такой сделки (в случае принадлежности супругамдоли участия в обществе с ограниченной ответственностью на праве общей собственности такое согласие требуется на основании п. 3 ст. 35 СК РФ в связи с установленной законом (п. 11 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») нотариальной формой сделки по отчуждению доли участия).

III. Рамочные договоры (договоры с открытыми условиями)

Спикеры:

Ганева Екатерина Олеговна, ассистент кафедры гражданского права Юридического института Иркутского Государственного Университета

 

Оборотова Анастасия Сергеевна, помощник адвоката, коллегия адвокатов «Октябрьская»

 

ПРОБЛЕМАТИКА:

1. Правовая природа договорной конструкции, закрепленной в ст. 429.1 ГК РФ.

Для обозначения соответствующей конструкции законодатель использует в качестве синонимичных два термина: «рамочный договор» и «договор с открытыми условиями». Между тем, в развитых правопорядках эти термины не признаются равнозначными:

- под рамочным понимается договор, имеющий целью организацию имущественных отношений сторон, т.е. договор, который не предполагает непосредственно передачу имущества, выполнение работ или оказание услуг, а лишь закрепляет базовые принципы сотрудничества сторон в рамках отдельных имущественных договоров;

- под договором с открытыми условиями понимается обычный имущественный договор, с той лишь особенностью, что на этапе заключения контракта некоторые его параметры стороны намеренно оставляют открытыми для согласования на более поздней стадии.

Различия между этими договорами носят принципиальный характер, поскольку предопределяют субъективные права и обязанности их участников, в частности допустимость или недопустимость исполнения возникающего из договора обязательства в натуре.

Это обусловливает вопрос о том, какая из двух названных договорных конструкции фактически нашла отражение в ст. 429.1 ГК РФ?

2. Рамочный договор как обязательство заключить договор (договоры) в будущем.

Гражданскому законодательству известны рамочные контракты, возлагающие на участников обязанность заключить договор (договоры) в будущем, например, соглашения об организации перевозок грузов, об открытии безотзывной кредитной линии, об открытии возобновляемой или невозобновляемой кредитных линий.

Существование таких договоров предопределяет следующие вопросы:

1) Является ли возможность возложения обязанности заключить договор (договоры) результатом нормативного указания для рамочного договора определенного вида или такая обязанность может быть установлена волей сторон в любом рамочном договоре?

2) Если установление обязанности заключить договор (договоры) в таком порядке возможно, то как определить содержание отдельных договоров в части условий, подлежащих уточнению (конкретизации), при возникновении между сторонами разногласий по данному поводу? Какие критерии могут быть использованы для определения этих условий?

3) В случае признания правопорядком рамочных договоров, содержащих обязательство заключить договор (договоры), возможно ли заключение рамочного договора, возлагающего соответствующую обязанность лишь на одну сторону?

4) Если обязанность заключить договор может быть возложена только на одну сторону, допустимо ли устанавливать в договоре получение такой стороной вознаграждения за принятие данной обязанности?

3. Условия, необходимые к включению в рамочное соглашение для возникновения на его основании обязательства заключить договор (договоры) в будущем.

Если практика пойдет по пути признания рамочных договоров, содержащих такое обязательство, возникнет вопрос о том, какие условия признаются достаточными для возложения на сторону (стороны) обязанности заключать договоры в будущем?

Регулирование представленных в обороте договоров об организации перевозок грузов, об открытии безотзывной кредитной линии, об открытии возобновляемой или невозобновляемой кредитных линий, свидетельствует о том, что необходимым (или, по меньшей мере, типичным) их признаком является установление в договоре лимита (предельного объема) исполнения, относящегося к предмету договора. 

С учетом этого необходимо установить, может ли рамочный контракт порождать обязательство заключить договор (договоры) в будущем, если условие о предмете договора оставлено в нем открытым и отсутствует указание на предельный объем исполнения, относящегося к предмету будущего договора (договоров)?

С лимитом возможного исполнения связан еще один вопрос: распространяются ли сформулированные в рамочном договоре общие условия обязательственных взаимоотношений сторон на исполнение, осуществленное сверх установленного в этом договоре лимита?

4. Механизм конкретизации (уточнения) открытых условий рамочного договора.

В соответствии с п. 1 ст. 429.1 ГК РФ такие условия могут быть конкретизированы (уточнены) сторонами путем заключения отдельных договоров, подачи заявок одной из сторон или иным образом. 

В связи с приведенной нормой требует решения ряд вопросов:

1) Является ли способ определения открытого условия существенным для рамочного договора?

2) Может ли открытое условие быть конкретизировано (уточнено) сторонами не тем способом, который предусмотрен в рамочном договоре?

3) Если способ конкретизации (уточнения) открытого условия не является существенным и это условие может быть определено в отличном от предусмотренного рамочным договором порядке, то имеет ли такой способ какое-либо правовое значение? 

Полезные ссылки